«Невечная мерзлота» — на данный момент самый заметный (если вообще не единственный) нелегальный фестиваль уличного искусства в России. Примечательно, что одновременно в Иркутске проходил легальный фестиваль мурализма «Голос улиц». Ничего вам не напоминает эта ситуация? Конечно, легендарное противостояние в Екатеринбурге легальной «Стенограффии» и партизанского фестиваля «Карт Бланш», который во многом и создавался как оппозиция и альтернатива «Стенограффии». И вот, похожую ситуацию мы наблюдаем в Иркутске (новая столица российского стрит-арта??).
Организаторы фестиваля «Невечная мерзлота» Юлия Смирнова и Лена Сисилёва.
Здесь и далее фото: https://t.me/alwayswarm
Организаторы «Невечной мерзлоты» — Юлия Смирнова (продюссер культурных проектов, исследователь уличного искусства) и уличная художница Лена Сисилёва. Для обеих совсем не чужд екатеринбургский стрит-арт: Юлия в 2021 году работала в пресс-службе Стенограффии в качестве волонтера, а Лена приезжала к нам в 2023 году и сделала серию стрит-артов со своими человечками. Ситуация со Стенограффией и Карт Бланшем им, конечно же, знакома. Как подтвердила мне Юлия Смирнова, она держала в голове Карт Бланш, когда создавалась Невечная мерзлота (неслучайно, иркутский фестиваль также позиционируется как «партизанский»). И идеологическая оппозиция легальному «Голосу улиц» действительно имеется.
В то же время Невечная мерзлота кое-чем принципиально отличается от Карт Бланша. Если КБ был дерзким, смелым, очень заметным, зачастую эпатажным и скандальным (одном словом — хайповым), то НМ более скромный и тихий. В КБ приезжали ведущие уличные художники со всей страны, тогда как среди участников НМ нет звезд (разве что местного уровня). В манифесте НМ подчеркивается бережность к окружающей среде, отказ от визуальной агрессии, деликатность высказываний. Грубо говоря, КБ — проект пассионарных молодых парней, готовых нарушать любые правила, а НМ — проект двух девушек с более бережным, «материнским» отношением к уличному искусству.
«Мы выбираем ненасильственные формы высказывания, экологичную работу с городской средой и открытость к диалогу».
В рамках фестиваля «Невечная мерзлота» было сделано чуть более десятка работ. Предлагаю посмотреть на некоторые из них.
Аня Макарова, «Заплатки»
Тканевые заплатки в дуплах деревьев.
«Я работаю с тканевыми аппликациями с прошлого года, а в этом году открыла для себя дерево как материал, и для меня это такое очень «теплое» сочетание».
Никита Елшанский, «Смотри»
Слово «смотри» вырезано из сетки и размещено на городской стене.
«В день первой встречи мы в «Огне» разбирали двор — появилась ненужная сетка, и я сразу понял, что хочу из неё что-то сделать. Потом, на встрече, начали говорить про концепцию фестиваля — и всё встало на свои места».
Настя Крапива Кардашова, «Простые малютки из подворотни»
«Гуляя по городу, я иногда веду внутренний диалог. И, так как рядом никого кроме домов и улиц нет, город становиться собеседником. Эти разговоры бывают разными: мечтательными, сложными, иногда тяжелым. И в такие моменты глаза часто ищут подсказку, ответ, знак. Ответ. Современное искусство часто ставит вопрос перед зрителем, а тут захотелось именно ответа. Идя по улице ты поднимаешь глаза, и город отвечает на твои мысли».
Кирилл BRGN, «Не вечная мерзлота»
3D-печать, эпоксидная смола, солнечная панель и немного магии.
«Замёрзшие воспоминания могут оттаять в совсем ином виде, чем мы их храним. Иногда, пересматривая мультфильм из детства, мы влюбляемся в него заново. А иногда — чувствуем только странность и разочарование. Эта работа — о памяти, времени и том, как изменчиво наше восприятие прошлого. Либо эта работа о глобальном потеплении. Давайте думать, подсказывайте».
Алексей Головщиков, «Сделай свое высказывание»
«Желание высказаться есть у всех. Дадим же людям такую возможность».
Никита Неф, «Серые вышли из леса»
«По слухам, волки начали подбираться к жилым кварталам пару дней назад. Собаки почуяли неладное и подняли лай ещё до рассвета. Но пришли не хищники, а персонажи из городской байки — символы раздражения, которое витает в воздухе.
Эта работа — наблюдение за конфликтом между уличным искусством и его противниками. Кто-то бунтует против пёстрых кусков, кто-то злится даже на монохром. В итоге — одни кричат, другие закрашивают. А в тени этого спора — появляются волки. Серые, хмурые, но, может быть, умеющие слушать. Или хотя бы выжидать».
Яна Кауфман
«Мне грустно за наши маленькие памятники деревянного зодчества, и я решила провести посильную мне реставрацию городской архитектуры. (…) Я решила подарить им яркие детали, которые привлекут внимание людей и хотя-бы немного придадут домикам жизни».
Ева Морра, «Домики выгорают»
«Для жителей города не не секрет, в каком состоянии находится Иркутское деревянное зодчество. С каждым годом памятников архитектуры становится всё меньше: они ветшают, внезапно сгорают и превращаются в руины. От ценного культурного наследия остаются лишь еле читаемые силуэты, некогда живых домов.
Миниатюрные домики — мой способ замедлить горожан, обратить внимание на город и его детали. Домики выполнены из фотографий деревянных домов Иркутска как целых,отреставрированных так и в состоянии руин.
Чернила, которыми напечатаны фотографии, будут постепенно выгорать на солнце, оставляя на стене только белый силуэт».
Вика Хтонь, «Нет места лучше дома»
«Я думаю, несколько лет назад все мы особенно остро ощутили, что у нас есть дом. Или нет дома, но именно сейчас он нужен. Многие так и не поняли, где теперь дом – ведь дома должно быть спокойно и безопасно. У многих из нас остался целый город пустых домов на месте городка наших друзей, которые уехали, умерли, просто пропали. Остался он и у меня. Этот «город» вы можете теперь увидеть улицах Иркутска: пустые домики с осколками чьих-то жизней».