С Андреем Скрепой я познакомился в августе 2023 года (выиграл его холст на аукционе за 700 рублей), следить за ним начал чуть раньше, когда он начал свой путь в уличное искусство с обклеивания всего города своими стикерами. Тем же летом вышел первый большой материал о нем моего авторства. За следующие три года мы могли наблюдать головокружительный подъем молодого художника-самоучки – от «создателя каляк-маляк» до полноценного деятеля екатеринбургского паблик-арта. Периодически были мысли о том, чтобы сделать со Скрепой интервью, но хотелось какого-то громкого повода. И вот он случился, точнее, сразу два – два события, которые совсем недавно казались невероятными для 21-летнего граффитчика: участие в Стенограффии и персональная выставка. Собственно, это интервью приурочено к персональной выставке Скрепы «Граффити и рэп», которая откроется в субботу 26 сентября в баре «Нельсон». Мы встретились в понедельник возле того же «Нельсона». Мы сидели на улице возле бара, мимо проходили люди – Скрепу никто не узнал (мы поспорили, узнает кто-то или нет – Скрепа выиграл). Через 6 дней здесь будет не протолкнуться – сюда придут десятки людей. Не просто на выставку, а именно к Скрепе. Это интервью будет опубликовано до выставки и у вас будет время его прочитать до открытия. Материал получился нереально большой, вы многое узнаете о нашем герое, и смешное, и удивительное, и немного драматичное. С этими знаниями обязательно идите на выставку – все его работы более глубоко раскроются перед вами.

Фото: ЙОУ-ФЕСТ

Читая текст ниже, имейте в виду, что ответы Скрепы переданы максимально аутентично, с минимальным редактированием – это чрезвычайно важно для раскрытия его личности.

— Давай начнем с самого актуального события – это твоя персональная выставка в баре «Нельсон». Можно ли сказать, что день открытия выставки будет самым важным днем в твоей жизни?

— Эти важные дни постепенно появляются – как ачивки, как уровни в игре. Когда мне Стенограффия написала, я думал: вот мой самый важный день. Мы всё сделали, я успокоился, сейчас из «Нельсона» написали. Вот так постепенно, как по лестнице, поднимаюсь.

— Персональная выставка на данный момент – высшая ступенька? Выше, чем Стенограффия или Drinkit, например.

— Сложно сказать, это всё разное. Там крупный коммерческий заказ и самый популярный фестиваль в городе, а тут – первая выставка. Да, важное событие, но сложно его оценить. Просто иду, иду…

— Когда у тебя возникла впервые мысль: вот было бы здорово иметь персональную выставку!

— Я еще в школе пытался замутить свою выставку. Нарисовал всякие билетики-приглашения ко мне домой, чтобы люди приходили посмотреть мою а-ля галерею. Это был 7 или 8 класс. Раздал друзьям, одноклассникам, но всего одна девочка пришла. Я для нее экскурсию провел по хате, чаем угостил, и разошлись, ха-ха. В общем, давно хотел, но не знал, что, где, куда.

Промо-постеры для выставки. Здесь и далее использованы фото из личного архива Скрепы и из его тг-канала.

— Расскажи хронологически, как это всё вылилось в «Нельсон»?

— Именно в «Нельсон» я попал благодаря тому, что был опен-колл на ярмарку современного искусства «Атриум» в Ельцин-центре, я подал заявку, и меня там заметил куратор Никита – я так понимаю, он и здесь, и в Ельцин-центре работает. Он сказал: «Йоу, прикольно, погнали сюда». Точнее, он сначала Шахову написал: «Хочешь быть его куратором?» Тот такой: «Конечно!» Шахов уже мне написал. Потом мы все втроем встретились.

— Когда это было?

— В конце августа.

— Совсем недавно. Сколько работ для выставки тебе пришлось срочно делать?

— А я новые не рисовал, там чисто солянка из того, что у меня было. Мы с Алексеем отобрали работ двадцать, расстановку еще не делали, мы сначала топовые засунем, а потом уже посмотрим, что еще поместится.

— На выставке есть некий «гвоздь программы», самая важная работа?

— Мне очень сильно нравится работа «Два мыслителя», она проработанная, в ней я затронул все темы, которые я рисую. Чтобы долго у стенки не думать, у меня есть несколько определенных тематик – НЛО, магия, фастфуд, музыка, граффити. В этот холст я всё это запихал, и всякие свои крю, и разные отсылки. Большая и любимая работа.

— Я эту картину не видел, поэтому возможно вопрос не в тему. Мыслители – это про тебя?

— Да, там, получается, два мыслителя, внизу изображено, как будто я пытаюсь придумать сюжет для рисунка, и у меня ничего не получается. И изображены мои мысли – там чисто каша, солянка из всего. А рядом маленькая кошечка с облачком мыслей — там просто одна рыбка. Вот такой прикол.

Скрепа — мыслитель. Фото и постер — Соня Разум.

— Тебя можно назвать мыслителем? Может быть, ты увлекаешься философией, какими-то учениями.

— Не, если честно, мой недостаток в том, что мало читаю, смотрю, слушаю из полезного. Ну, пару подкастов Шахова послушал, но если бы я не был с ним знаком, я бы даже не стал слушать. Чисто так, типа, друг что-то делает.

— Какие у тебя ожидания от выставки?

— Мне кажется, народу будет очень много, а бар очень маленький. Не знаю, как они сделают так, чтобы никому дискомфортно не было. Уверен, что спокойно посмотреть картины вообще не получится. Просто будет тусовка, повод встретиться разным группам знакомых – как на свадьбе. Там будут и мои бывшие одноклассники, и студенты, и граффити-комьюнити, и продаваны с маркетов, в общем, очень обширная публика, которая никогда вместе не встречалась.

— А родственники, родители? Они вообще в курсе?

— Они в курсе, конечно, но я сказал им: лучше давайте как-нибудь в спокойный день зайдем.

— Отмотаем время чуть назад. Предыдущее важное событие – это твое участие в Стенограффии. Как ты туда попал?

— Я давно пытался что-то сделать. С Димой общался…

— Что за Дима?

— Ой, не Дима, а Андрей (Колоколов – здесь и далее прим.ред.), я всегда его Димой называю, ха-ха.

— Почему?

— Не знаю, так запомнилось. Всегда говорю «Дима», потом исправляюсь. Я с ним общался год назад, часа три поговорили обо всём и ни о чем, просто о жизни, про общих друзей, про город. В конце, когда уже расходились, он говорит: «Будут идеи, пиши, закидывай». Идей-то много, но мне нужно знать, что за место, какой формат, я что, как школьник, буду каждый свой рисунок скидывать? «А может это реализуем? А может это?» В общем, я ничего не делал и ждал, когда они мне сами напишут. Но не пишут. Прошел год, и я решил обнаглеть и сделать что-то типа «Люди рисуют». Большую раскраску, чтобы люди ее раскрашивали. Я сначала написал Диане (Казанцевой), потому что у нее уже был опыт. Но она сказала, что в ее случае намного легче было, потому что жители уже просили, а она откликнулась. А чтобы самому что-то согласовать – я сразу к Алексею Шахову, он там даже почти что-то намутил, и я еще писал как раз Андрею. Он сказал: «Хорошо, что-нибудь придумаем». И пропал. Потом неожиданно через месяц написал: «Мы готовы». То есть я просто дерзанул, решил спросить напрямую, и мне сказали «давай».

— Что было дальше и как появилась локация?

— Я общался с Аней Негрей, они мне предлагали локации, там изначально должен быть совсем другой объект, другой сюжет, там даже эскиз согласовали, но стенку не согласовали, а время поджимало. Одновременно мне сказали, что надо школу сделать, которая по итогу и вышла. Я решил в школе поэкспериментировать и сделать немножко не в своем стиле, а тот забор отменился полностью.

— Если в школе был формат «Люди рисуют», значит, пришли незнакомые люди, чтобы рисовать твой эскиз?

— Нет, мы подумали вообще не звать незнакомых людей – позвали школьников. Грубо говоря, у них вместо урока ИЗО был наш урок рисования. Были разные классы, от маленьких до старшеклассников. Сначала младшие пошли, они там криво-косо сделали, потом старших позвали, они уже подправляли.

— То есть у детей не очень хорошо получалось?

— Они цвета вообще жестко попутали, я специально сделал палитру без оттенков – 7 цветов и все разные, чтобы любой ребенок мог взять и покрасить. А они красный с розовым путали… В общем, там надо контролировать. Краской кидались, пачкали друг друга, они на 1 сентября купили новую одежду, а 2-го они уже все в краске, ха-ха. Было очень неловко. Мне ужасно стыдно. Им дождевики давали, но им пофиг вообще на них.

— А сам-то ты что-то нарисовал?

— Да, я два дня рисовал. Эскиз, конечно, и волонтером помогал.

Фото: Стенограффия / Евгений Комолов.

— Как давно ты волонтеришь на Стенограффии.

— Я поступил в чат волонтеров году в 2023-м, даже ходил на всякие лекции, как грунтовать, как красить, что да как. Это было в кинотеатре «Салют», мы там презентации смотрели. Но у меня никак времени не хватало, я не знаю, как совмещать работу и волонтерство. В будни я работал, в выходные… я отдыхал, ха-ха. Не хотелось ничего делать. Поэтому я просто смотрел, общался в чате, но редко помогал. Я мог баллончик передать, сфоткать объект, что-то из одного в другое место отнести, вот такие легкие задачки.

— То есть до того, как поучаствовать в Стенограффии, в качестве волонтера ты, по сути, себя не проявил?

— Все свое участие я перечислил: продал смывку-баллончик, отнес карточки, сфоткал домик – всё.

— А что была за история с Вовой Нутком у Дворца молодежи, когда ты приехал, час поволонтерил и уехал?

— У меня был свой другой объект, а ему срочно надо было почистить поверхность то ли для рилса, то ли для телевидения, чтобы кадр поприкольнее был. Планировали за час всё сделать, но не успели, мы только минут 30 попадали в цвет стены, не получалось заколеровать. В оставшиеся 30 минут я самый ювелирный участок обвел, чтобы другим волонтерам было легче. Я видел, что в чате ищут волонтеров на это место, но там было позднее время, видимо, Вова их не дождался.

— Он сильно злился из-за этой ситуации?

— Нет, он спокойный был. У меня с ним была смешная история. Когда я узнал, что он приехал, я к нему побежал со своим скетчбуком с «принудительными коллабами» — это когда человек не расписывается, а делает мини-скетч, я потом его дорабатываю, раскрашиваю, вписываю своих кереков. То есть человека я не сильно напрягаю, а потом сам до ума довожу. Я так часто делаю со своими друзьями и с крутыми художниками. И вот, я думал подойти к Вове, дождался, пока он отойдет от стены, и я такой: «Йо, круто получается, а распишешься э-э-э… в скетчбуке?» А он такой: «Нет, в скетчбуке не расписываюсь». И ушел. Ну ладно, нет так нет. Потом я к нему приезжаю волонтером, он меня вспомнил – и в скетчбуке расписался!

— А что был за параллельный проект, когда вы с Владом рисовали символы города? (Влад — Владислав ZIP, команда Permanent Crew и студия Holi Woli).

— Это проект «Столицы Урала», они занимаются развитием Екатеринбурга, создают достопримечательности. Всякие ржавые таблички – это их, вон одна стоит (показывает на табличку возле здания бара). Ну, они не ржавые, там какой-то специальный дорогой металл и это специальная, благородная ржавчина, но это никто не выкупает, я тоже, да они сами над этим шутят. И вот, захотелось им чего-то красивого, пригласили меня.

«Столица Урала».

— Эскиз твой?

— Да, чисто рабочий эскиз, я же могу не только мультяшек рисовать. Я в принципе рисую картинки на заказ, там бывает непонятно, что это именно я нарисовал. Странные иероглифы на фоне – это я обыграл логотип «Столицы Урала», превратил в узор, который соединяет места. Цвета – красный, зеленый, черный – это паспорт туриста. То есть там есть смысл, но поймут не все.

— Какие там изображены объекты: Белая башня, Водонапорная башня, цирк…

— Цирк я хотел, но они не захотели, и мы сделали Администрацию. Пытался там раз десять свой ник написать, не получалось, я его закрасил, там чуть-чуть виднеется.

— Меня позабавил тот факт, что ты подтянул Влада, хотя обычно он тебя подтягивает в свои проекты.

— Все мое рисование началось с того, что Влад позвал меня на объект в Красноуральске. На тот момент, в конце 2024 года, я вообще чуть-чуть рисовал. Раньше он часто звал меня как помогатора – это как волонтер, только платят.

— Я правильно понимаю, что Влад сыграл очень важную роль в твоем развитии и продвижении?

— Да. Он и Даню Улицы тоже подтянул, который когда-то работал в магазине «Урал Культур».

— Как вы познакомились с Владом?

— Он рисовал на разных фестивалях, подходил, общался, коллабы предлагал, стикерами обменивались. Потом он меня со своими друзьями познакомил – Даней, Дедом в кепке, Эни.

— Можно сказать, что ты прошел у него школу работы со стенами?

— Так и было! Влад и Даня меня учили, как что делать. На «Столице Урала» мне дали кучу баллонов, я даже не знал, что не каждый друг с другом дружит. Если Arton пшикнуть, а поверх Loop, там химическая реакция проявляется. Я вообще не знал, что такое бывает! Или на Loop не все кэпы подходят. До сих пор учусь.

— Какие конкретные навыки ты освоил у Влада?

— Как баллон держать, картонкой прикрывать, какие цвета взять, чтобы достичь эффекта объемности, как раскрутить что-нибудь по идейности, по композиции, в целом, поувереннее себя чувствовать. Многое всякое мне рассказывали.

— Какие лайфхаки ты узнал от Влада, которых нет в учебниках?

— Откуда я знаю, что есть в учебниках, если я их не читаю, ха-ха. Это какие-то жесткие мелочи – ты про них не думаешь, пока не увидишь. Даже не знаю… Вот я стал треугольное с круглым сочетать, чтобы выглядело поинтереснее. Морда лица у персонажа стала меняться в лучшую сторону. Смотрю, как они рисуют, стараюсь анализировать, как они это делают, стараюсь применять.

— То есть изменение твоего персонажа – тоже влияние Влада?

— Это просто рука набивается. Раньше я делал, как получается, сейчас стараюсь больше в качество. На «Столице Урала» очень сильно попросил Влада мне помочь, там сроки были – один день, я бы сам не успел. Садик мы делали, компьютерный клуб. А от Влада была кофейня, я там эскиз сделал. То есть по заказам я его немного чаще зову.

— Раньше он тебя звал, теперь ты его.

— Да, да, у нас так часто бывает. Даня меня может звать, а я его. Смотря какая работа, потому что у нас у каждого свой стиль. Мне надо было шаурму раскрасить за сутки, а там именно граффити нужно было понтовое. Я сразу Дане: «Погнали!» У меня кереки, у него буквы, мы хорошо сочетаемся. Бар «Политех» — там от меня были идеи, сюжеты, а Даня делал оформление, надписи.

— Почему бы вам не объединиться в некую артель? А так, получается, каждый сам по себе.

— Мне как-то не принципиально, мы же все равно дружим и втроем часто работаем. А то, что кто-то в Перках (команда Permanent Crew), кто-то в ДСК (команда Destroyers), нам это никак не мешает общаться. Мне же это не мешает попутно общаться с «2b мафией» и с другими людьми, с которыми Даня, Эни никогда не рисовали. Зачем обозначивать себя, что я общаюсь только со своими крю, и делать какое-то название. Я делал Стикербург – никаких результатов это не принесло. Тогда я хотел именно команду-команду, но я один и посты писал, и интерактивы пытался делать и что-нибудь замутить интересное. Мы два раза поклеились и всё, затухло. Я не вижу смысла придумывать себе команду, чтобы тянуть ее. Поэтому просто делай с кем попало. С кем в кайф.

— В чем тогда смысл твоего вхождения в команду Permanent Crew? Что тебе это дало?

— Так-то, по сути, мир сильно не поменялся. Но и Владу приятно, и мне несложно писать за команду. Самое прикольное, что PERKS – это задом наперед  SKREP. Это меня так удивило, я так радовался! Я начал за команду буквы вырисовывать и понял, что это все мои буквы, один в один. Я вообще обалдел. Просто случайное совпадение. А команде лет больше, чем я рисую.

Вверху — граффити Скрепы за команду Permanent Crew.

— Почему до сих пор не было официального сообщения, что ты в команде?

— Даже не знаю, так, чисто «на тихом». Тихонечко двигаюсь, ха-ха.

— Был ли по этому поводу совместный покрас или что-то другое?

— Это сложно, потому что из участников команды Ови уехала, Фрамк выходит рисовать очень редко, и то только на Московской горке, у Влада много работы. Некогда…

— Ови не была против твоего вступления?

— Я так понял, Влад со всеми переговорил. У них нет жесткой ответственности, как у Влада, ведь команда – это его дитя, его ноша.

— Ты не жалеешь, что, может быть, поспешил со вступлением в Permanent Crew, ведь прямо сейчас, будь ты свободен, тебя бы без проблем взяли в Destroyers, а это название погромче звучит.

— Это вообще не случится никогда! Сто процентов меня бы не взяли.

— Но Данила же взяли?

— Но Данил с ними тусил много времени, он им сильно помогал.

— Даже если ты не помогал, у тебя уже есть имя…

— Но берут же не за имя, не за хайп, а за человека. Если он им друг, если он с ними общается.

— А ты с ними не общаешься?

— Ну, руки жмем. Вместе в баню-то не ходим.

— Так или иначе, теперь ты в команде. Но почему тогда у тебя по-прежнему ник SkrepOne, ведь one означает, что человек сам по себе, не в команде?

— У меня с 2018 года такой ник, зачем мне его менять… Я добавил One, потому что в инсте был занят Skrep. Даже не знал, что в граффити есть такие правила. Когда я рисую, я просто Skrep подписываюсь, а one – это для соцсетей.

— Тебе Влад не предъявляет за ник?

— Нет, конечно, это было бы очень странно.

— А Дед в кепке тоже в Permanent Crew?

— Нет… Вот он точно one.

— Почему кто-то говорит, что это ты рисуешь Деда в кепке?

— Станция Алиса так говорила, потому что где-то какая-то статья была, в которой человек недопонял. Ну и, видимо, выкладываю его часто, подписываюсь СкрепВан и Дед в кепке, а у него раскрученных соцсетей нет, вот и задушил его своей аудиторией. Интернет просто так подумал, о нем мало информации, люди видят: Андрей, Дед. Два плюс два складывают.

Фото: Дед в кепке

— Можешь официально заявить, что не ты рисуешь Деда в кепке?

— Не я рисую.

— Расскажи хоть что-нибудь про него, приоткрой завесу тайны.

— Не, я не помню ничего, ха-ха. Да это просто некрасиво. Если человек просит, зачем против его воли его раскрывать.

— Расскажи хотя бы какую-нибудь вашу совместную забавную историю.

— Да я если хоть что-то скажу, это будет палево! Могу лишь глупо отшутиться, что ему 21 год и он рисует персонажа с сердечком.

— Меня интересует один из твоих недавних проектов – Синий камень. Вопрос: почему он один? Ведь район называется Синие камни, соответственно, камней должно быть несколько.

— Во-первых, это не только моя заслуга, идею предложил мой друг Дима Еськов, он жил в том районе, потом вроде как переехал. Синие камни там были, но они все пропали. И он говорит: «Есть у меня мечта, хочу восстановить хотя бы один синий камень». Я проконсультировал, какую краску взять, как сделать. Мы встретились на день рождения общего знакомого, и всей ордой пошли красить этот камень – он сильно радовался. Трое стояли с фонариками, втроем мы рисовали этот камень, остальные на шухере. Было веселое времяпрепровождение.

— Как насчет того, чтобы сделать еще один синий камень? Чтобы названию района соответствовало.

— Надо почаще день рождения отмечать, может, традиция появится.

— Что за история была, когда камень покрасили в золотой, потом обратно в синий?

— Пацаны скинули кружок, где видно, как какие-то дети в золотой его покрывают. Не хватило краски, камень стал наполовину золотой, наполовину синий. Потом мне скинули фото, что он снова синий полностью. Видимо, пацаны восстановили.

-Там же, на Синих камнях, есть твой рисунок с персонажем в образе синего мага. Этот образ все чаще у тебя встречается, откуда он взялся?

— Мне нравится сочетание синего и оранжевого, очень классно его в синем балахоне делать. Я его и фиолетовым уже делал. Просто интересный сюжет, мне нравится что-нибудь такое: замки, волшебство, рыцари, богатыри… Что-нибудь мифическое – это классно. Маг часто используется в граффити, я вижу его в разных граффити-пабликах, мне нравится, и я стараюсь его в своем стиле сделать.

— Обычно вопросы от подписчиков я задаю в конце, но, я думаю, можно к ним перейти, потом я уже буду добавлять к ним свои вопросы. Возвращаясь к выставке, Максим спрашивает: «Почему рэп?» Видимо, имеется в виду, к чему слово «рэп» в названии выставки? Там будут рэп исполнять?

— Там будет диджей, но я не знаю, что он будет включать. Скорее всего подстроится под вайб. А рэп – у меня много на холстах тусовочных ребят, типа, на споте собрались, кто-то рисует, кто-то рэп читает. Этот сюжет часто на холстах фигурирует, я подумал: рэп в названии выставки – это четко, и слово прикольное, и в принципе рэп плюс граффити – хорошее комбо.

— Ты же слушаешь рэп?

— Ну, да, послушиваю.

— Давай тогда ТОП-3 любимых рэп-исполнителей.

— Да всё подряд: Boulevard Depo, i61, Слава КПСС…

— Вова ФОЛ?

— Вова ФОЛ, конечно! Но если честно, я его треки слушаю, но там нужен свой вайб, потому что он такой… Я еще не очень вкусился. Но они прикольные, потому что если сравнивать с тем, что он мне раньше показывал – небо и земля. Уровень растет. Кто еще… Хаски, Kunteynir, Триагрутрика, АК. Много кто нравится.

— Я легко представляю тебя в образе рэпера, а были мысли самому выступить?

— У меня есть друг, он раньше музыку записывал, мы с ним фанили, треки записывали. Но они у меня были чисто юмористические, в стиле древней группы Хлеб, «сиськи, письки, закусон».

— Ты сейчас активно рилсы записываешь, насколько тебе нравится такой опыт?

— Да вообще четко. Мне всегда нравилось записывать рилсы, но раньше сложнее было. Во-первых, телефон плохо работал, сейчас обновился, легче стало. Во-вторых, долго снимал, долго монтировал, редко выкладывал, набирал по 300 просмотров – немножко это руинило настроение. И вот Вова ФОЛ начал активно делать мемы, причем только на одну тему. Я подумал: можно балансировать и делать мемы на мою тему. Плюс проталкивать свое творчество. И это отличное сочетание, к тому же ниша мемов про граффити пустая, легко что-то новое придумать. Граффитчики смеются, им нравится, друг другу репостят, видосики залетают. А благодаря тому, что акаунт горячий, простые рисования у меня тоже залетают.

— То есть рилсы дают реальное продвижение?

— Ну, да. Вот ребята из ЙОУ-ФЕСТА мне написали, потому что увидели мои рилс, где я притворяюсь, что я не знаю, кто рисует моих персонажей. Они меня позвали, мы с ними интервью засняли, потом они меня хэдлайнером пригласили, до сих пор общаемся, хотим еще что-нибудь замутить. Ребята очень ан-би-циозные.

— Откуда пошел мем «а кто это рисует?» Может быть, ты от кого-то это на улице слышал?

— Не-не, это так, чисто дурачка построить, чтобы друзья поугарали и подыграли, а кто-то не выкупает.

— Какой самый залетевший мем?

— Самый залетевший – как меняю работы. После моего появились куча похожих от других людей, типа «я граффитчик, вот моя новая работа», и дальше всякие нишевые профессии: курьер, уборщик, бариста.

— Ты же какое-то время работал курьером?

— Тогда я рисовал и сколько-то зарабатывал на этом, но я так думал, что это работа не настоящая – нужно найти что-то настоящее, и я месяца два поработал. Потом понял, что как будто бы и без курьерства у меня нормально всё. Курточку залутал, дома лежит, реквизит.

— Прямо сейчас у тебя нет необходимости где-то подрабатывать – курьером или в пункте выдачи, например?

— Я бы не зарекался, всякое бывает, вдруг я захочу на что-то жесткое накопить или картинки перестанут быть актуальными. Я и в этом году ходил подрабатывал курьером Wildberries. Делать нечего было, заказов не было, просто сидеть и скучать не хотелось. А там просто нажал одну кнопку, пошатался. Чисто ачивку получил, бонус, потом забросил. Не вижу ничего плохого в таких работах. Видишь ли, у меня же нет стабильного дохода, один месяц может повезти, а в другой не фартанет. Поэтому вечно в напряжении и всегда страшно потратить большую сумму.

— На Стенограффии тебе что-то заплатили?

— Ну, прям риторически.

— В смысле, символически?

— Да. Но я туда и рвался не за доходом.

— Вопрос от Денчика: «Сколько ты уже рисуешь?»

— С самого детства рисую, всякие миньончики, энгрибердсы, раскраски любил очень сильно – мог весь журнальчик за день раскрасить. Потом, в школе я постоянно рисовал, у меня была специальная тетрадка, там все страницы разрисованы полноценно по-цветному, с сюжетом. Рисовал всегда и везде. А именно граффити начал рисовать в конце 2024 года – там уже холодно было, рисунка два сделал. Говорю же, я вообще еще «зеленый».

— В школе ты рисовал прямо во время уроков?

— Да. Я и в шараге так же сидел, рисовал.

— Как учителя к этому относились?

— Нормально. Я успевал и записывать, и контрольные решать, и рисовать. Единственное, учителя жаловались, если я рисовал в рабочей тетрадке, поэтому по их же совету я завел отдельную тетрадку для рисунков.

Школьные рисунки.

— В школе уроки ИЗО были твоими любимыми?

— Да, я даже пару раз сам урок проводил.

— И как это выглядело?

— Я придумывал картинку, вешал ее на доску и объяснял, как поэтапно ее нарисовать.

— А сам-то ты откуда это знал тогда?

— Ходил чуть-чуть на всякие кружки. Но не засиживался там долго, мне не нравилось рисовать то, что говорят, хотелось что-то свое придумывать. Где позволяли, там я задерживался, где не позволяли – я сбегал. Так что какие-то знания я мог дать.

— Ты сказал про шарагу – что это за заведение?

— У меня балл хороший был – примерно 4,5. Но я подал хоть куда, мне было без разницы куда поступать. Я рисовал и думал, что буду как-нибудь зарабатывать. Поступил в Политех, потому что они первые, кто меня принял.

— Почему ты не рассматривал вариант поступления в художественное заведение?

— Да мне вообще без разницы было. Типа, ты же молодой – тебе лишь бы с друзьями погулять, а я тогда уже активно инстаграм вел, каждый день картинку выкладывал, то есть у меня свои заботы были.

— Что-нибудь полезное ты для себя извлек от учебы в Политехе?

— Так-то я отучился там тоже на четверки и пятерки, но знаний оттуда у меня очень мало. Задачи, которые для нас готовили, я решал, а что-то дома починить я не смогу.

— Ты вообще рукастый парень?

— Фиг его знает. Когда как. Если прижмет, то да.

— Насколько я знаю, у тебя специальность «электрик». Можешь ли ты прямо сегодня пойти работать электриком?

— Если будет вводное обучение, то, наверное, да. Так-то я кондиционеры устанавливал и на заводе пару дней работал. Хотя нет, месяц.

— Что за завод?

— «Вектор». Это практика была. В общем, если прижмет, я могу по специальности что-то делать. А пока всё в кайф, зачем напрягаться.

— Второй вопрос от Денчика: «Что посоветуешь новичкам для продвижения?»

— Просто не бояться, подходить с умом… Будет обидно по глупости что-то не то раскрасить или что-то не то написать в интернете. Надо иметь голову на плечах и… пум-пум-пум… не стесняться, не кринжевать. Если делаешь – делай уверенно. Если ты чувствуешь, что ты кринжовый, то и другие это почувствуют. А если ты будешь говорить «это не кринж, это круто», то и другие в это поверят.

— Это блеф получается?

— Надо на уверенности двигаться. Если ты уверенный, то всё четко, ты сам внушаешь другим свою уверенность. Можно еще внимание привлекать, придумывать что-нибудь интересное.

— Ты сам когда-нибудь кринжевал?

— Да конечно! Я до сих пор этим занимаюсь.

— Какой твой самый главный кринж?

— Любой мой рилс в Тик Токе. Если кто-то рядом его включает, мне немножко плохо. Поэтому у меня самый частый формат, где я три секунды молчу и потом просто вставка какая-то мемная. Другие-то не замечают, что что-то не так в видосе. В ленте это всё теряется, на неделе будет еще семь видосов, и тот улетит.

— Бывало такое, что рисовал на улице не там, где надо?

— Я очень осторожно старюсь к этому подходить, опасаюсь всего. У меня вообще повышенная тревожность на этот счет. Старюсь рисовать там, где уже стена испорчена.

— Были контакты с полицией?

— Да, но они очень спокойные были. Один раз подъехали, сфоткали мой рисунок, сфоткали мой паспорт. Сказали, если будут проблемы, ко мне придут.

— Не пришли?

— Нет.

— Есть ли у тебя рисунки с косяками, которые кроме тебя никто не замечает?

— По-любому есть. Я еще только учусь, поэтому это нормальные ошибки.

— Какие самые распространенные ошибки?

— Лайн кривой или не подрезал лишний раз, или не прокрасил.

Одно из первых граффити Скрепы и Юли Kilvein.

— Вопрос от Макара: «Как получилась колаба с Mydriasis?» От себя спрошу еще, что это за ноунейм?

— Это не ноунейм, а очень популярный бренд одежды. Он такой взрослый прям. Рекламируется с полуголыми женщинами, на сайтах 18+ девушки его носят. Я в принципе люблю одежду, всякие бренды, следил за чатами дизайнеров, общался. Возвращаясь к советам молодому, нужно просто больше общаться, во всех чатах сидеть, комментировать всё. Ты мелькаешь – тебя видят, появляются новые знакомства. Надо не стесняться, приглашать на покрасы, но надо все-таки анализировать, кому ты пишешь. Искать по уровню себе сотрудников… то есть тех, с кем сотрудничать.

— Давай ответим на вопрос, как произошла эта коллаборация?

— Мы виделись в Москве на фестивале Mostick, я просто с ними сфоткался, подарил подарки. У них два бренда – Kislenko и Mydriasis. «Кисленько» — максимально детский, добрый, а второй – максимально чернушный. Мы сначала сделали коллаборацию для Kislenko, она получилась успешной, им понравилось. Они такие: «Ну, давай, нарисуй еще для второго бренда».

Коллаборации с Кисленько и Mydriasis.

— У тебя уже накопилось много коллабораций, не только на улице, но в мерче. Какая из них для тебя самая невероятная? Не можешь поверить, что это с тобой случилось.

— По-любому «Дринкит». До сих пор шок, что такая большая сеть ко мне обратилась, да еще и самый большой, самый хайповый филиал. У меня даже портфолио не было, из коммерческих работ с моими персонажами у меня был только в «Ньютоне» детский рисунок, еще на Заброшке, в таком же детском стиле. Я им показываю это портфолио, они меня все равно согласовывают, и я рисую совсем другое. Не знаю, почему они решились на меня, ведь раньше я так не рисовал. Каждый раз, когда есть какие-то рамки – со временем, со стилем, с цветами – я как будто сам себя перепрыгиваю и удивляюсь этому. Чаще всего это коммерческие заказы, где можно своего персонажа впихнуть, еще и под концепцию заведения попасть, в стиль и в фирменные цвета попасть – такие заказы меня обычно левелапают.

Скрепа и Дринкит.

— Насколько я знаю, в твоем сотрудничества с «Дринкит» важную роль сыграл Алексей Шахов.

— Да. Там же еще концепция с картами Таро, а меня была коллаборация с ним (с колодой Уральские таро), то есть там пазл хорошо состыковался. Я так понимаю, они еще анализировали паблики, а про нас с Шаховым часто писали.

— У меня такое ощущение, что наравне с Владом Алексей тоже сыграл важнейшую роль в твоем становлении.

— Я могу выделить троих – это Шахов Алексей, потому что он давал мне много заказов, когда у меня не было никакого опыта (для кофейни Yankee Sierra, для «Ньютона», Уральское таро и прочее по мелочи); про Влада мы уже поговорили; третий – Максим Гагарин, чел, который сделал УралСтикерФест в 2021 году. Благодаря ему я сейчас нахожусь с людьми, с которыми развиваюсь. Юля Kilvein – моя девушка, с ней я там познакомился. Вова ФОЛ – мы с ним до сих пор тусим, общаемся, помогаем друг другу. Там был и Влад, и Шахов. Максим Гагарин, грубо говоря, со всеми меня познакомил. Точка старта.

— Еще у меня есть ощущение, что Алексей Шахов уже стал твоим арт-директором.

— Ха, мне так говорили, но он это делает по доброй воле, он ничего с этого не получает, я ему ничего не плачу, он просто помогает.

— Как ты думаешь, что именно он в тебе разглядел?

— Даже не знаю… Он такой, типа «йоу, чувак, йоу, йоу».

Скрепа, Алексей Шахов и Уральское таро.

— Вы оба юморные, вспомни какую-нибудь совместную забавную историю.

— У нас есть разные раздувки, но это так, чисто в чате посмеяться и забыть. Много чего бывало… Ладно, ладно хоть одну историю скажу. Когда нас для «Дринкита» снимали, он факи тычил. Мне было очень смешно: я очень аккуратно слова подбирал, а он факи тычит, ну какой хулиган! Мы там еще тупое слово придумали в интервью – квадрокубы. Нас спрашивает куча журналистов, а мы с умным лицом: квадрокуб, квадрокуб. Вопросов вообще ни у кого не возникло, что это вообще такое. Вот такая у нас секретная тема была.

— У тебя бывают проекты, которые ты долго держишь в секрете, пока они готовятся или уже готовы. Прямо сейчас у тебя есть такие проекты?

— Ха, это еще не случилось, но, может, когда выйдет интервью, случится. На среду запланирована очень классная коллаборация с одним очень популярным художником, у него за спиной куча муралов. Надеюсь, получится. Если случится, мы назовем его имя в интервью. (В итоге коллаборация в среду состоялась, а на следующий день работа была выложена, имя художника – Сергей Акрамов).

Фото: Сергей Акрамов.

— Вопрос от Сергея Островского: «Что ты сделал для хип-хопа в свои годы?»

— Ё-маё, видел эти темы, эти видосики. Да я-то в свои годы вообще ничего не сделал. Я – пепси-пацан, пришел на всё готовое с интернетика. Всё еще впереди, наверное.

— Вспоминается твоя работа «Зумерчата». А сам ты относишь себя к зумерам?

— По-любому да.

— В чем отличия поколения зумеров, на твой взгляд?

— В работе замечают, что зумеры могут не выйти на смену или уволиться, если что-то не понравится. Я-то толком не работал… Они и не работают, сидят на хасле, где что повезет. Они готовы рисковать. Достаточно открыть самозанятость, и дальше как пойдет. Готовы жить без личной квартиры, без машины, чисто всё вливать в путешествия, в эмоции. Для взрослого поколения сначала семья, дети, машина, потом уже отдыхать.

«Зумерчата» — работа для стрит-арт выставки «Искусство кода».

— «Зумерчат» быстро закрасили, обидно?

— Обидно, но это улица, так бывает.

— Ты решил сделать продолжение на Московской горке.

— Пацаны сделали куски, мне места не хватило, они такие: «Ну, гоу, просто сюжетики попихивай». Надо было что-то прикольное придумать, я решил сделать аллею отсылок. Я там и автоботов нарисовал…

— Кажется, это были десептиконы.

— Да, десептиконы. Там еще кошка есть, на ней челик сидит – это отсылка на совместную работу с Any, там мой персонаж на такой же кошке катается. Каждая картинка там – это отсылка на прошлые мои картинки.

— В чем смысл отсылки на десептиконов, ведь не ты их рисуешь?

— Это просто прикол, его рисуют, и пацаны смеются с него.

— Вот кстати вопрос от Армса: «Десиптиконов зачем рисовал?» Я так понимаю, он спрашивает про Московскую горку.

— Единственный мой личный десептикон – на Московской горке. Нарисовал по приколу, как отсылку на Уктус.

— Сергей Островский обычно задает этот вопрос, но в этот раз почему-то не спросил: как ты относишься к тому, что твои работы иногда уничтожают или портят? Спокойно или все-таки бывает обида?

— Конечно, обидка может прилететь. Все равно это вопрос времени. Просто жалко. Если бы я сильно в депрессию входил, слезы плакал, я бы, наверное, не рисовал. Каждый должен быть готов к этому.

— Какой самый обидный случай можешь вспомнить?

— Вроде любимых-любимых еще не портили. А если портили, то у меня фотки хорошие есть.

— Я замечал, что на ваших с Юлей рисунках кто-то рисует неприличные почеркушки, это и на Московской горке было, и на ЖБИ. Как ты к этому относишься и кто это делает?

— Да спокойно отношусь. Делают разные люди, разные тараканы у них в голове, кому-то что-то не угодило. Это же не только с нами так, всех чиркают, тут нечему удивляться.

— У тебя есть персональные хейтеры?

— Наверное, да, есть.

— И что это за люди?

— Я не различаю их, у них стиль рисования очень похожий. Это, в основном, такие андерграундные парни, я даже их имен толком не знаю.

— Вопрос от Егора: «Какой был самый опасный момент в твоей карьере?»

— Таких, чтобы жизни угрожало, не было, но были два самых очковых таких. Но очковал только я, остальная компания была спокойна. Это было в заброшке «Свердловск», на верхних этажах, мне было боязно, а пацаны как к себе домой залетали. Был случай, один раз на вагоне товарки пшикнул, шляпа получилась. Хотя, погоди, это же мне всё приснилось!

Фото сгенерировано нейронкой.

— Ты вообще экстремальный человек? Любишь экстремальные виды спорта?

— Нет, я и на лыжах ни разу не стоял. А, нет, в школе стоял – на сноуборде ни разу не стоял.

— Велик у тебя есть?

— Раньше был, очень плохой. Я его слил.

— На самокатах катаешься?

— Да! Позавчера влетел с него, ха-ха. В поворот плохо вошел.

— Из-за таких, как ты, многие ненавидят самокатчиков?

— Не, я только ночью катаюсь, когда вообще никого нет. Это чисто ночная моя любимая тема.

— Вопрос от Сони Разум: «Что бы выбрал съесть: банан или сладкий перец?»

— Банан.

— Переходим к теме еды. Что ты любишь поесть?

— Реально вопрос, что я люблю поесть? Мда…

— Ты же иногда выкладываешь сториз в стиле «поел чипсы».

— Так, чисто держу в курсе чат, чтобы не переживали. Фисташки мне нравятся.

— Готовить умеешь?

— Могу шаурму сварганить из всего попало, такую батярскую.

— Дома с Юлей готовите сами или покупаете готовую еду?

— Когда как. Юля готовит. Бывает, и я готовлю, но у меня обычно хрючево мужицкое получается.

— Вопрос от Паулины: «Красную или леопардовую шубу?»

— Я бы взял розовую для Юли, хорошо сочетается с гламурной козой Kilvein.

— Рубрика «Как ты с ними познакомился», в которой ты расскажешь о том, как познакомился с разными интересными людьми. Начнем с Any.

— Нас Даня познакомил. 2 или 3 января 2025 года, мы рисовали где-то в центре, там я рисовал пришельцев, Даня Улицы написал Данчик, Аня сделала чешую.

— Она крутая?

— Да, сто процентов! Да все крутые! Я до сих пор детский восторг ловлю от каждого художника. В 2023 году у меня руки тряслись и голос дрожал, чтобы подойти к Дане, Эни, Фоксу. Я еле-еле говорил: «А можно вы мне нарисуете в скетчбуке? Я вам стикер дам» А сейчас спокойно. Если бы Nootk отказал мне в 2023 году, я бы разлетелся на куски. А сейчас с теми, кто раньше мне взрыв мозга взрывали, я могу спокойно шаурму кушать и всякую фигню обсуждать.

— У вас с Эни недавно была коллаборация «Неандертальцы». Как она произошла?

— Мы на ЙОУ-ФЕСТЕ рисовали и пару слов кинули, что можем еще на неделе порисовать. Искал места, вспомнил ту будку, давно хотел на ней сделать. Мы уже на месте придумали сюжет. Там наверху сложно было рисовать, сюжет руинился, если две большие бошки рисовать и маленькие картинки, но там есть дырка большая, она мешала. Мы из нее пещеру сделали, и от нее раздули до пещерных людей.

— Там уже был нижний слой граффити и вы аккуратно над ним вписались.

— Да. Наверху пусто, внизу куча, мы решили добить это пространство. А в ту «пещеру» школьники разный хлам скидывают: кроссовки, искусственные елки, всё подряд – жертвоприношение какое-то. Дети постоянно подходили, смотрели, обалдевали. Аню окружили, забавно было.

— Вспоминается ваша с Владом заказная работа на Сортировке, а раньше там был граффити-спот, в том числе, с работой Эни, которую тебе пришлось закрасить. Что ты чувствовал при этом?

— Мне было обидно, грустно, неудобно, неловко, но я всех отфоткал, всем в личку скинул: вот, сорян, так и так, вот на прощание твой кусок.

— Все с пониманием отнеслись?

— Да фиг его знает… Всё равно же куски новые появились от тех же самых людей.

— Да, я заметил, там появился Ключ, Витек и кто-то еще. Как ты к этому относишься?

— Меня, конечно, это расстроило. Пацаны, с которыми я работал, сказали, что это нормально. Так бывает, спот перекрыли, место манит, плюс это коммерция, не наш эскиз. Если авторский эскиз – были бы вопросы. Мы с Ключом руки пожали, никаких конфликтов у нас нет. Он сказал: «Если что, сорян». Он объяснил, что этот спот много для него значит, всегда он был и всегда будет. В общем, мне объяснили правила игры, и я с ними не могу не согласиться.

— Следующий знакомый – это Fox. Как вы познакомились и какой он в общении?

— Тоже через Даню. А в общении… Все ребята, с кем я общаюсь, все чёткие. Все налегке, все на добром. Все всегда помогут. С Фоксом сначала мы много гуляли, общались, но все никак не могли порисовать. ЙОУ-ФЕСТ нас соединил, там меня спросили: кого еще можно позвать? Я сказал, что есть такой парень, он был свободен в те даты.

— Следующий – Гошан. На паблик-токе ты рассказывал, что вы вместе, кажется, шашлыки жарили.

— Нет, мы мясо если, которое принес повар – клиент Антона Сакво. Когда Сакво приезжает в Екатеринбург – это всегда праздник, тогда целый пир устроили. Я даже не помню, когда впервые увидел Гошу. Так, на общих мероприятиях мелькали, здоровались. Они друг другу бьют татуировки, и мне тоже сделали.

— Сам Гошан тебе делал татуировку?

— И Гошан, и Сакво. Антон фоткал своего коня, которого мне набивал, а с Гошаном обсуждали новую татуировку, которую он мне будет делать. Мы тогда даже покрасить почти смогли втроем. Я весь день с ними протусил, они пошли в «Вечно молодой» кушать, а я там от цен немножко офигел. Я чисто как броук, такой: «Пацаны, я за шаурмой». Не получилось…

— Жалеешь?

— Конечно, жалко. Я рассказываю о таких событиях Дане, а он всегда такой спокойный: да-да, рэп-рэп, ну ничо, еще увидимся. Его слова сбавляют градус, потому что я реально немножко на панике, на тревожке. По любому вопросу пишу в чаты: «А-а-а!» Мне отвечают: «Пфф…». Сразу легче становится. Граффити – всегда про момент. Это вспышка, которую сложно проконтролировать. Если раньше хотелось больше коллабораций, например, с Эни, потому что с ней мало рисунков, то со временем это проходит.

— Дальше у нас идут Видок и Meeh, я думаю, их можно объединить.

— Да. Мы часто общались с Мейкун на тему холстов-коллабораций, а это ее друзья. Встретились, пообщались, подружились. Они вообще смешные, веселые, друг друга постоянно троллят и подкалывают. И их раздувы про 2b мафию. Даже не знаю, нужно ли объяснять, что это такое?

— Конечно!

— Этот прикол возник из одной помарки: 26 нарисовали как 2b. Пацаны из любого пустяка могут сделать смешную штуку и очень долго ее рассасывать.

Meeh, Скрепа, Видок, Мейкун.

— У тебя есть мнение насчет историю о том, как Видок и Meeh нарисовали граффити на Хлебозаводе №6, которые перекрыли рисунком Коляды?

— Если честно, я немножко недопонимаю. Пацаны перекрыли всякий шлак, там были куклукскланцы и всякие провокационные рисунки. Пацаны сделали чистую, большую, прикольную работу, но на них обиделись непонятно за что. Ну да, нелегально, но… это граффити. Покрыли Колядой, чтобы другие не крыли. Перекрыть Коляду будет некрасиво, потому что Коляда – человек с большой буквы. Они как будто им прикрываются. Там фон еще плохо прокрашен, чувствуется, что для галочки сделано. Видно прозрачный рисунок пацанов, видно, что работа сделана на быструю руку. Не какой-то там мурал, выражающий респект Коляде за его достижения. У меня лично такое ощущение.

— Ты понимаешь, что это камень в огород Ромы Инка?

— Ну, блин, а что делать. У меня к нему никакой агрессии нет, могу по-доброму потроллить, а если мы в жизни встретимся, скажу: «Не бейте меня, мы просто в интернете шутим». У меня нет никакой неприязни к нему, я видел его работы на заброшках, они четкие. Он мало что-то в интернете выкладывает, поэтому не знаю, что там у него еще есть. Шары красил – легендарно. А так, я очень мало погружен за его лор.

— Следующий – Денис Благо.

— Просто друг на друга подписаны, друг другу лайки ставили, и как-то в моменте: «Свободен? Погнали порисуем». Ну и погнали. Так чаще всего и получается.

Скрепа и Денис Благо.

— Денис чем отличается от других граффитчиков?

— Я очень много удивления поймал, потому что он какие-то штуки монаха делал, всякие обеды молчания, я сидел и офигевал. Человек прожил интересную жизнь, как в документальном историческом фильме. Там такие истории о том, как он чуть ли не огонь добывал с палкой, ха-ха. У него есть песня с Замаем, он со Славой КПССом тусил. Такой разброс – от Замая до монахов, это сильно! Очень интересный человек.

— Он тебя научил чему-то в плане граффити?

— Наверное, руку правильно поставил, потому что он всё делал по линеечке, по шпателю, а я обычно шпателем обычно так, на пофиг, просто прикрывал, чтобы лишнее не пшикнуть, а он показал, как им правильно пользоваться.

— Давай еще про Отте.

— Он тоже мне сам написал, мы всё собраться не могли, а так у нас много общих знакомых, так что это был вопрос времени.

Скрепа и Отте.

— В чем его крутизна?

— Просто он добрый мужик. Нашел свой стиль, «вишенку». Раньше я не видел, чтобы кто-то по малярке куски делал.

— Что такое «по малярке»?

— Скотч бумажный приклеивает и пшикает. Буквы идеально ровненькие получаются.

— Кого еще можно вспомнить?

— Все эти знакомства происходят благодаря тому, что люди в интернете друг друга видят и пишут, потом как-нибудь собираются. Так про любого можно сказать, например, про Хлама. Вроде разные миры: у меня более добрый, у него грязный. Мы на стикерах, на холстах рисовали, до стенки пока не дошли.

— Кстати, Рукачереп!

— Мы на третьей Заброшке познакомились, рисовали рядом. Меня удивляет, что он весь ходит в своей разрисованной одежде. Это крутые шмотки, мне очень нравится весь его хэндмэйд. Я видел его в разной одежде, она всегда разрисована по-разному и всегда очень прикольно. Мне кажется, если бы он это продавал, вообще бы разлеталось. Он тоже добрый и открытый, даже трудно представить, что он рисует мертвых зародышей.

— Тебе нравится его стиль?

— На стенках прикольно, в татуировке я бы такое себе не рисанул.

Монстрокамаз — коллаборация Саши Rukacherep и Скрепы.

— А ты знаком с Денисом Дизелем?

— Да, мы общались, краба жали. Если честно, я почему-то думал, что он серьезный, злой дядька – видимо, потому что персонаж у него такой. Я шел на встречу и думал, что будет жесткий суровый мужик, а там – добряк-добряком. Видно, что с детьми работает. Антон Аист – то же самое. Чувствуется, что они прям педагоги.

— Давай еще про одного – про Тоху. Почему он легендарен?

— Раздул свой прикол со стрелками до абсолюта. У него вроде бы негатив ко мне, но я ничего для этого не делал. Не было такого, чтобы он куски мои портил. Чтобы он за спиной что-то про меня говорил – не наблюдал. Так, чисто в интернете друг друга троллим. Когда в жизни видимся, руки жмем, ничего не говорим. Прикол в том, что все хвалят его жесткий скетчбук, говорят, что это лучшее, что они видели, но – мне он его не показывает. Ладно, чё. Может, конкуренцию чувствует, хотя я уверен, что он скажет: «Да какая конкуренция! Да кто он такой, чтобы я на него конкурировал, ар-р-р!»

— Насколько я наблюдаю, тебя вообще часто подкалывают, и ты отвечаешь с самоиронией. Может быть, тебе уже надоело, что тебя постоянно подкалывают? Есть мысли типа «хватит уже»?

— Смотря как подкалывают. Если по-доброму, то и я по-доброму. Мне вон в комментах написали среди вопросов: «Ты гей?» Что, я обижаться должен? Это же всё в интернете – гиперилизированные шутки, не всегда понятно, с каким умыслом их написали. Я спокойно отношусь ко всему, что в интернете.

— То в интернете, а в реальной жизни как?

— В жизни-то точно всё по-доброму. Ты видишь мимику, ты видишь мотив. У меня же образ такой, в тех же мемах, и все думают: если я шарю за прикол, значит, со мной можно прикалываться. И они правы.

— То есть с тобой можно прикалываться?

— Да конечно! Я никогда не обижался, возможно, стал менее ярко реагировать, и у меня больше нет капсом ХАХАХА – просто реакция «лайк».

— Отдельная тема – монетизация творчества. Давай вкратце разберем, как ты монетизируешь свои рисунки.

— Чисто фортуна! Я до сих пор не очень понимаю, как я до сих пор на плаву. Уже года два кто мне напишет, туда и вписываюсь. Никаких объявлений, никаких вакансий не подаю – всё через сарафанку или фартит. Продаю мерч, стикеры, футболки. Дизайню картинки, обложки к песням, шапки в профиль. Рисую всё, что можно нарисовать.

— То есть обычно тебя находят заказчики?

— Бывало, и я искал. Когда денег немножко мало, и ты в напряге, то я начинал сам спамить. Было время, я заходил в чарт ВК «Новые имена» и этим же рэперам писал: «Нужна обложка? Нужна обложка?» Меня так ВК забанил два раза, потому что спамил. Но пару раз соглашались, делал. Таким макаром я сделал обложку для чела, у которого очень популярная кринжовая песня была: «Двадцать тысяч на запястье, нужна тёлка пощекастее». Аххахх. У Мэйби Бэйби в клип попал мой рисунок, на одну секунду кадр. Корешу-стримеру оформление делал, сейчас он его уже сменил.

Обложки для треков.

— Все эти истории – за деньги?

— Да.

— Последний вопрос – от Антона: «В чем смысл жизни?»

— Наверное, смысл жизни – найти такое себе ремесло, с которым ты не чувствуешь, что ты выживаешь, а чувствуешь, что реально жизнь проживаешь. Найти что-то доброе, светлое, полезное, что тебе бы давало положительные эмоции и другим не мешало. Можно делать что-то для себя и забыть про окружающих – это плохо. А если делаешь хорошо себе и другим – это будет четко. Если ты найдешь этот баланс, то это будет лучшая жизнь.

— Насколько сейчас ты близок к этому балансу? Или уже его достиг?

— Как будто бы в последние два года я в нем нахожусь, но на будущее не загадываю. Возможно, этот год последний у меня такой, а может, еще десять таких будет. Пока нет ощущения стабильности и планирования на будущее. Пока всё четко! Надеюсь, четко и будет.

Телеграм-канал Skrep.One

Streetartekb — телеграм-канал про уличное искусство Екатеринбурга.